В твоих глазах — лёд.

Безграничный океан космоса, невыносимый холод далёких планет, песня недостижимых миров — чужая, другая, непонятная мне.

Нам не договориться. Я смотрю в глубины твоих ледяных глаз и понимаю — нет, не договориться. Мы слишком отличаемся друг от друга. У каждого из нас — своя собственная, неповторимая Вселенная, рождённая уникальным жизненным опытом. Мы смотрим на одни и те же вещи, но живём при этом в разных мирах, у которых нет точек пересечения. Мы видим, чувствуем, дышим и умираем по-разному, так непохоже — и в то же время так близко, так рядом. Но нам не найти общего языка, не прийти к взаимопониманию, никогда — каждый из нас словно заперт в собственной Вавилонской башне, где все языки смешаны — но при этом нет ни одного, который можно было бы назвать своим. Мы чужие, посторонние — другим и друг другу, этому миру, самим себе, и всё, что сближает нас — лишь пересечение взглядов, слишком разнородное, чтобы когда-нибудь стать единым целым.

Твои пальцы судорожно вцепляются в покровы непокорной реальности, словно стремясь отодрать их прочь, навсегда сорвать завесу с тайны. Наши пальцы почти соприкасаются, и в то же время — между ними миллионы километров непроглядной ночи, бесконечные серые равнины невосполнимого одиночества и тысячи лет громогласной, непробиваемой тишины.

Каждый из нас — мир, закрытый от другого на самые надёжные в мире замки, ключей от которых давным-давно уже нет на свете... да и были ли они когда-нибудь?

Смерть каждого из нас — всего лишь погасшая в небе звезда, всего лишь всполох воды на ночной поверхности реки, круги на полях далекой Шотландии, мычание коровы на бескрайних лугах солнечной Европы, не более... но и не менее.

Нам нет дела друг до друга, и мы лишь толкнём друг друга плечом, в безумной безудержной гонке несясь в какую-то запредельную и вовсе не существующую даль. Мы будем вместе пить вино и курить трубку, улыбаясь в пустоту, которая только кажется другим, но на самом деле — нет ничего, и мы — каждый сам по себе, остров в океане, затонувшая Атлантида, недра извергнувшегося вулкана. Мы будем встречать рассвет, находясь по одну сторону баррикад, но у каждого из нас — разные дороги, а вернее — и вовсе нет никаких дорог.

Мы потерялись — давно и безнадежно. Нам не найти друг друга, нам не найти даже себя. Мы — изгои.

Наши души — подземные ходы дождевых червей, холодные, пустые, сочащиеся иллюзорной влагой, чавкающие и ведущие никуда.

Я смотрю в твои глаза. Ты смотришь в мои.

Лёд. Холод далёких планет. Молчание безбрежного эфира. Нависшая тишина.

Нам не договориться?

Неужели нам всё-таки не договориться?  ω 

Комментарии (2)