| Ты | |||||||
|
Знаешь, ты так прекрасна. Пожалуй, это всё, что я хочу сказать тебе. Ты так прекрасна, что, наверное, мне легче просто лечь и умереть. Ты знаешь, это ведь так просто — лечь и умереть вот здесь, прямо посреди этого грязного трамвайного вагона. На глазах у всех пассажиров, ко всеобщему удивлению и недоумению. Просто лечь и умереть, среди всех этих тёток, спешащих на работу, серьёзных мужиков, размышляющих о политике и немытых безработных, размышляющих о том, где бы раздобыть ещё пузырь. Это было бы так просто. Обратишь ли ты на меня внимание? Ты видишь меня сейчас, пока я ещё не улёгся на заплёванный семечками и запачканный чужими ботинками пол в отчаянной попытке умереть? Или я для тебя всего лишь декорация, нечто вроде необходимого и неизбежного обрамления к ежедневному твоему пути в трамвае? Ты знаешь, ты так прекрасна, что ради того, чтобы ты только заметила меня, я готов ещё и не на такое. Может быть, мне стоит превратиться в прекрасного странствующего рыцаря? Сомневаюсь, правда, что белый конь влезет в трамвай. Что меч не возбудит алчность милиции, а щит — вожделение сборщиков цветного металла. Здорово сомневаюсь, что вся эта байда будет смотреться на мне адекватно. И что она будет уместна здесь, в этом грязном трамвае, стучащем колёсами с каким-то маниакальным упорством. Но ради одного твоего взгляда я готов ещё и не такие безумства. Может быть, мне стоит убить какого-нибудь дракона? Ты только бровью поведи, я мигом. Всё ради тебя. Правда, я не знаю, где живут драконы. И вообще я очень люблю драконов — потому что внутренне считаю их прекрасными и мудрыми существами (пусть вымышленными, но ты мне покажи, что в этом мире не вымышлено — я брошу в него камнем). Но, если ты хочешь, я убью и дракона. Из-под земли его достану, и горло на фиг перережу. Несмотря на весь свой пацифизм. Ради тебя я готов даже принять за рабочую гипотезу, что драконы питаются исключительно молоденькими девушками. Или даже девственницами. Да хоть Памеллами Андерсон или Анжелами Дэвис, если ты скажешь. Я поверю, что драконы — это жуткие твари, и каждый буддист в своей жизнедеятельности должен руководствоваться принципом: «встретил дракона — убей дракона». Ты, главное, поверни голову в мою сторону. Может быть, мне стоит заделаться каким-нибудь менестрелем или бродячим поэтом? О, да — я могу бухнуться на колени и спеть серенаду, восхваляющую любовь к прекрасной даме в целом и саму прекрасную даму в частности. Я здорово сомневаюсь в своём умении слагать стихи, а в своём искусстве их декламировать (а, тем паче, петь) я даже и не сомневаюсь. Сложно назвать искусством то, что отсутствует напрочь. Но ради тебя я готов позабыть об этом прискорбном факте. Я даже могу научиться петь — специально ради тебя. Я, правда, совершенно не представляю, как развить в себе музыкальный слух — но ради тебя я готов ещё и не такие подвиги. Хочешь, я переплыву ради тебя Ла Манш? Правда, я не знаю, как это может тебе пригодиться. Кроме того, Ла Манш далеко, а я совершенно не умею плавать. Но всё же утонуть, переплывая Ла Манш, было бы почетнее, чем просто взять и умереть здесь, на грязном полу трамвая. Одним словом, ты только бровью шевельни — и я тут же отправлюсь переплывать Ла Манш. Всё ради тебя. Я могу стать первым человеком, высадившимся на Марс. Я могу податься в отшельники. Могу стать самым глупым покорителем Эвереста. Босиком пойти на Северный Полюс. Войти в Книгу Рекордов Гиннеса как человек, дольше всех простоявший на большом пальце левой ноги. Могу стать стахановцем в угольных копях Караганды. Могу свернуть Юпитер с его орбиты или сотворить для тебя пару-тройку новых Вселенных. Всё, что пожелаешь. Единственное, чего я не могу сделать, так это просто подойти к тебе и произнести: «Знаешь, ты так прекрасна. Пожалуй, это всё, что я хочу сказать тебе». ω |
